Следите за нашими новостями!
Твиттер      Google+
Русский филологический портал

В. В. Шаповал

МНИМЫЕ НЕОЛОГИЗМЫ В ЖАРГОННЫХ СЛОВАРЯХ

(Русская академическая неография (к 40-летию научного направления). Материалы Международной конференции. - СПб., 2006. - С. 177-179)


 
В последнее десятилетие XX века в жаргонные словари вошло много нового материала, который требует тщательной проверки. В 1992 г. вышло два словаря, описывающих русский уголовный жаргон: а) "Словарь жаргонных слов и выражений" Л.А. Мильяненкова [4: 76-288]"; б) "Словарь тюремно-лагерно-блатного жаргона" Д.С. Балдаева и др. (ББИ) [2: 15-302]. Последний переиздан в 1997 г. с незначительными дополнениями и под авторством одного Д.С. Балдаева [1].
Рассмотрим ряд жаргонных неологизмов, представленных впервые в этих словарях и объединенных, как нам представляется, комплексом важных для критической оценки особенностей:
1. "Андромеда - бесплодная, не способная рожать женщина" [4: 78], также: [2: 18-19; 1-I: 18]. Поскольку у мифологических Андромеды и Персея было обширное потомство, искать разгадку следует в другом месте. Например, в словаре Даля: "АНДРОМЕДА ж. сѣврн. раст. Andromeda, безплодница, тундрица, богульникъ?, пьяная-трава, болотникъ, подбѣлъ" [3-I: 17]. В "Большом словаре русского жаргона" (БСЖ) слово отсутствует. Название растения было принято за название женщины, что привело к появлению в жаргонных словарях призрачного слова с фантастическим толкованием.
2. "Бармица - ожерелье" [4: 82]; "БАРМИЦА - бусы" [2: 24; 1-I: 29]. Это слово, судя по БСЖ, ранее в жаргонных словарях не встречалось [5: 45]. В словаре Даля имеется параллель: "БАРМА <…> ж. <…> Бармица стар. оплечье, походившее на отложное ожерелье" [3-I: 50]. Здесь проявились некоторые особенности цитирования, которые будут наблюдаться и в дальнейшем. Словарь Л. Мильяненкова как правило ближе в словарю Даля в плане дословности толкований, чем более отредактированный ББИ. В жаргонных словарях толкование трансформируется уже без опоры на полное толкование Даля, уходя все дальше от исходного: 'ожерелье' > 'бусы'. Однако словарь-источник в данном случае определяется благодаря сохранению части толкования у Мильяненкова: "ожерелье".
3. Еще одни 'бусы' усмотрены в толковании Даля к морскому термину ракса: "Ракса - монисто" [4: 218; 2: 206; 1-II: 9]. В БСЖ отсутствует. Ср. у Даля: "РАКСА ж. морс. монисто, нанизанныя на желѣзный прутъ обручемъ или на бечевку, кокурки, дерев[я]н[ные] шарики, съ которыми рей или гафель (полурей) ходитъ скользя вверхъ и внизъ по мачтѣ" [3-IV: 56]. Смысл толкования Даля не понят: имелся в виду предмет парусной оснастки, в тогдашнем его виде походивший на монисто, однако на шею раксу обычно не надевали.
4. "Бетить - сажать" [4: 84]; является неоправданным сокращением описания у Даля: "бетить кого, сажать, посадить, заставить недобрать взятки" [3-I: 85, под бет]. В ББИ переформулировано в соответствии с одним из значений слова сажать, которое вовсе не имелось в виду в толковании Даля: "БЕТИТЬ - арестовывать, задерживать" [2: 27; 1-I: 35], также: [5: 60]. В.И. Даль все же имел в виду действие картежников, а не тюремщиков.
5. "Бужи - свечи" [4: 89; 2: 35; 1-I: 48; 5: 79]. Ср. у Даля: "БУЖИ нескл. фрнц. гибкая тросточка, вкладываемая, при болѣзняхъ, въ мочевой каналъ; свѣча, будыль, дротикъ, спица" [3-I: 137]. Неправильно понято фигуральное (медицинское) употребление слова свеча в толковании у Даля. В современной медицинской терминологии преобразовано в склоняемое буж, напр.: [11: 199].
6. "ЗМЕЕВЕЦ, -вца м. Угол. Свеча" [Мокиенко, Никитина 2000, 225]. Источники те же: [4, 127; 2, 92; 1-I: 159]. Поиски приемлемой версии и в этом случае приводят к словарю В.И. Даля: "Змѣевецъ, раст. Euphrasia offic[inalis]. глазница, свѣтликъ, двѣнадцатилапочникъ, свѣчка, очанка || Раст. дерябка" [3-I: 687, на змiй]. В сводном словаре диалектной лексики с другим ударением: Змеёвец [10: 297]. Слова змеевец и свечка являются названиями одного и того же растения. В жаргонных словарях они по недоразумению составили пару "толкуемое - толкование". Оба новые для жаргона названия свечи, несомненно, является плодом словарного недоразумения.
7. "Гребта - опасность" [4: 107; 2: 60; 1-I: 94; 5: 138]. Ср. у Даля: "ГРЕБТА ж. забота, опасенье, раздумье, попеченье" [3-I: 391, под гребать]. Неправильно понято слово опасение, составлявшее лишь часть толкования у Даля. Гребта - это не 'опасность', а наоборот 'забота'.
8. Не понято толкование Даля: "Жалоба ж. юж. зап. трауръ, жалобное, печальное, черное платье, жаль, жалевое" [3-I: 525, под жалить (2)]. Польское слово żaloba действительно обозначает также и 'траур' как состояние, однако у Даля описано только значение 'траурная одежда'. Не учитывая региональное ударение, словари приписывают толкование полонизма жалоба, русскому слову жалоба: "Жалоба - траур; сожаление" [4: 119], также: [2: 77; 1-I: 127; 5: 180]. Жалоба (с ударением на первом слоге) получает значение 'траур' по оплошности.
9. "Тяхтать - отделывать; избивать" [4: 254]. Возникло, видимо, на основе ошибочной метафоры, ср.: "ТЯХТАТЬ? тул. отдѣлывать (?) мѣдную посуду, самоваръ" [3-IV: 456]. Повторено в ББИ без двусмысленного "отделывать" и с пропуском буквы, так что связь со словарем Даля уже не просматривается: "ТЯХАТЬ - бить, избивать" [2: 252; 1-II: 92]. В БСЖ представлены оба варианта [5: 607].
Вариант тяхать и все значения, кроме 'отделывать самовар', представляются результатами невнимательного переписывания с неосторожным "осмыслением" цитаты из Даля. Следует обратить внимание на вопросительные знаки у Даля: у него не было уверенности в полной надежности этой словарной статьи. Этот редкий глагол вызвал затруднения и в контексте 1683 г.: "ВЫТЕХТАТИ. (?) <…> выправилъ и вытехталъ изъ котловъ мѣди дощатой <…>" [9: 265].
10. "Увет - ласка" (без ударения) [4: 255; 2: 253; 1-II: 95; 5: 608]. Ср. у Даля также без ударения: "УВѣТЪ твр. привѣтъ, радушiе, ласка, призрѣнье, прiюченье" [3-IV: 463]. Судя по синонимам, в толкование "ласка" В.И. Далем заложено вторичное значение '2. Доброжелательное, приветливое отношение, обращение'. Выписанное изолированно, слово ласка (1) в соответствии с иерархией значений в современном русском языке начинает обозначать в первую очередь: '1. Выражение любви нежным прикосновением, поцелуями и т. п.' [8: 165].
11. "Харал - место" [4: 265]. Предполагаемый прототип словарной статьи в словаре В.И. Даля содержит заметно больше информации: "ХАРАЛЪ м. касп. мѣсто, мѣшокъ, тюкъ, тая, ящикъ товара" [3-IV: 542]. Краткость выписки обусловила непонимание исходного толкования 'багажное место'. В ББИ по причине созвучия со словом хурал допущена фантастическая детализация толкования: "ХАРАЛ - <…> 3. Место встречи" [2, 267; 1-II, 120].
12. "Яруг - ключ, отмычка" [4: 288]; "ЯРУГ - 1. Ключ. 2. Отмычка" [2: 302; 1-II: 189]. В БСЖ описано по данным только процитированных выше словарей [5: 716]. У Даля имеется это слово с иным толкованием: "ЯРЫЙ <..> Яругъ м. тул. яруга, оврагъ, буеракъ; || ручей въ оврагѣ, ключъ, родникъ" [3-IV: 679, 680, под ярый]. Якобы жаргонное Яруг ('ключ' > 'отмычка') возникло в результате непонимания сокращенной выписки из словаря Даля, где слово яруг толкуется омонимичным словом ключ 'родник'.
Из словарей сомнительные неологизмы просачиваются в литературу. В детективах Феликса Разумовского встретились две попытки приспособить эти слова для описания криминального мира. Его герой выражается так: "Нутром гребту чую, а откуда она, допереть не могу" [6: 23]. Матерый уголовник хотел сказать "Чувствую опасность", а получилось: "Чувствую чью-то заботу обо мне". В другом романе сообщается: "В общем, Буров неплохо разбирался в "яругах", "благодатных", "де с прорезом" и без" [7: 286]. Авторское пояснение "Названия отмычек" [7: 286, прим. **] не без влияния словарей непозволительно далеко ушло от исходного и реального для слова яруг значения "ручей в овраге, ключ, родник".
Источниковедческий анализ описаний проанализированных выше слов, представленных впервые в двух словарях 1992 г., позволяет сделать вывод о том, что это искаженные цитаты из "Толкового словаря живого великорусского языка" В.И. Даля. Проявившиеся неоднократно однотипные ошибки цитирования и понимания со значительной степенью надежности доказывают факт неотмеченного письменного заимствования. Следовательно, андромеда 'бесплодная женщина', бармица и ракса 'бусы', бетить 'сажать в тюрьму', бужи (мн.) и змеевец 'свеча', гребта 'опасность', жалоба (с ударением на первый слог) 'траур, сожаление', тяхтать 'избивать', увет 'ласка (действие)', харал 'место', яруг 'ключ, отмычка' являются призрачными словами, случайно попавшими в жаргонные словари.
 

Литература

1. Балдаев Д.C. Словарь блатного воровского жаргона. В 2-х тт. - М., 1997.
2. Балдаев Д.С., В.К. Белко, И.М. Исупов. Словарь тюремно-лагерно-блатного жаргона: речевой и графический портрет советской тюрьмы. - Одинцово, 1992.
3. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. - Т. I-IV. - М., 1978.
4. Мильяненков Л.А. По ту сторону закона. Энциклопедия преступного мира. - CПб., 1992.
5. Мокиенко В.М., Никитина Т.Г. Большой словарь русского жаргона. - СПб., 2000.
6. Разумовский Ф., Семенова М. Преступление без срока давности. - СПб.; М., 1998.
7. Разумовский Ф. Смилодон. - СПб., 2003.
8. Словарь русского языка. В 4-х тт. - Т. II. - М., 1982.
9. Словарь русского языка XI-XVII вв. - Вып. 3. - М., 1976.
10. Словарь русских народных говоров. - Вып. 11. - Л., 1976.
11. Толковый словарь русского языка / Под ред. Д.Н. Ушакова. - Т. I. - М., 1935.


По реальным ценам тиснение на лентах без дополнительной оплаты.