Следите за нашими новостями!
Твиттер      Google+
Русский филологический портал

И. Фридрих

ОБ ИНТЕРПРЕТАЦИИ ФРИГИЙСКОГО

(Фридрих И. Дешифровка забытых письменностей и языков. - Изд. 4. - М., 2007. - С. 148-151)


 
Если для древней Италии была характерна сильная языковая раздробленность (наряду с близкородственными италийскими языками здесь существовали находившиеся в более отдаленном родстве индоевропейские языки, а также неиндоевропейский [1]) этрусский), то на греческой территории ей противостоит тесное единство диалектов, хотя и разветвленных, но все-таки именно диалектов одного языка. Такое соотношение, как соотношение латинского и оскско-умбрского, не имеет параллели в сфере распространения греческого языка. Но все-таки есть один язык, который рассматривается многими учеными как близкородственный греческому и частично интерпретируется этимологическим методом на основании сопоставления с греческим [2]). Этим языком является язык фригийцев, существовавший некогда во внутренней Малой Азии. Сохранилось около 25 древнефригийских надписей примерно VII-VI вв. до н. э., написанных разновидностью греческого алфавита, и около 100 новофригийских надписей, написанных греческим алфавитом эпохи императорского Рима. Впрочем, надписи, которые были бы целиком написаны по-новофригийски, редки - в большинстве случаев встречаются надписи на греческом языке с приписанной к ним по-новофригийски формулой проклятия: ios ni semoun knoumanei kakoun addaket etittetikmenos eitou.
Эта формула проклятия и является тем единственным, что во фригийском можно более или менее понять. В известной степени о ней даже можно говорить как о своего рода билингве, так как ей примерно соответствует встречающаяся в нескольких случаях греческая формула: τίς δέ ταύτη ι θαλάμειν κακον ποσττοιήσεί κατηραμένος ητω «кто же этой гробнице причинит зло, да будет проклят». В соответствии с греческим текстом фригийские слова можно интерпретировать следующим образом: ios относительное местоимение (и.-е. *io-s, rp. hos), ni - усилительная частица к этому местоимению; semou(n) - дат. п. ед. ч. м. и ср. рода указательного местоимения «этот» (n.-e.*ki- и *ко-, сл. si- с дат. п. ед. ч. м. и ср. рода semu и т. д.); knouman- «гроб» или «надгробный памятник»; kakoun «зло» (заимствованное из гр. kakós «злой» или же исконно родственное этому слову, не засвидетельствованному в других индоевропейских языках?), ad-daket «он причиняет» (ad- = лат. ad «к»; daket «он сажает, кладет» ср. с гр. ti-thē-mi «я кладу», аорист é-thē-ka); etittetikmenos «проклят» (причастие перфекта страдательного залога на -menos, как в греческом, причем опять-таки остается неясным, опирается ли эта общность на заимствование или на праязыковое родство); eitou «он должен быть» (гр. éstō) или «он должен идти» (гр. ítō)?
Таким образом формула проклятия поддается интерпретации без применения этимологического метода. И при интерпретации ясной, написанной со словоделением древнефригийской надписи ates | arkiaevais | akenanolavos | midai | lavaltaei | vanaktei | edaes смысл также кажется более или менее понятным: «Атес, Аркиаэвиса (?) (сын?), ..., Мидасу Лавальтасу [3]) государю, поставил» (дословно «положил»); однако при истолковании vanaktei. «государю» (= гр. (w)anax «государь») и глагольной формы edaes «он положил» (аорист на -s от основы *dhē- гр. tí-thē-mi «я положил», хетт, da-iš («он положил») дело не обошлось без частичного применения также и этимологического метода.
При интерпретации более обширных древних и новых надписей на фригийском языке комбинаторный метод часто оказывается бессильным, в особенности если отсутствует словоделение, что является правилом для новофригийского, но случается и в древнефригийском. Поэтому этимологическая интерпретация по звуковым и формальным аналогиям с индоевропейскими языками стала здесь своего рода законом. Ученые могли при этом ссылаться на успешную этимологическую интерпретацию древнеперсидского, осуществленную при помощи родственного ему санскрита, или же на интерпретацию оскско-умбрских надписей при помощи латыни. Впрочем, в деталях взгляды могут расходиться приблизительно так же, как это имело место в примере, приведенном в связи с интерпретацией мессапского (см. стр. 147). Так, новофригийское etittetikmenos attiadeitou делят на слова по-разному: одни дают словоделение Atti ad-eitou «как проклятый он должен поспешить к (богу) Аттису» (ad-eitou = лат. ad-ito «он должен пойти»), другие принимают иное словоделение: at Tiad eitou «как проклятый он должен пойти к Зевсу» (at = лат. ad «к», Tiad соответствует *Tian-de «к Зевсу»). Написанную без словоделения фригийскую группу букв otuvoivetei Р. Мейстер воспринимает как otuvoi vetei и переводит «в восьмом году», причем vetei = гр. (w)étos «год», а otuvoi = лат. octavus «восьмой» (с ассимиляцией -kt- > - t(t)- как в итальянском otto «восемь» из лат. octo). Но О. Хаас делит ту же группу иначе: Otu voi vetei «Отис своей (voi) родственнице (гр. étēs)».
В особую крайность впал Р. Мейстер, интерпретируя фригийский исходя из греческого. По-видимому, он принимал фригийский просто за сильно измененный греческий диалект. В качестве примера его толкований можно привести два предложения из древнефригийской надписи на надгробии Арезастиса: zostututa?i? | a?e?mnoz? | akenanolavos «который рожден из крови Акенанола», где zos - относительное местоимение (= гр. hos), tututai (?) вместо *tétuktai соответствует гр. teuchō «я создаю», aemnoz (?) - род. п. вместо отложит. п. ед. ч. соответствует гр. haīma «кровь». Надпись, по мнению Р. Мейстера, заканчивается подписью камнереза (?): ataniz en | kurzanezon | tane lertoz «Атания высек это в (области) гордийцев», где lertōz «он высек» восходит к гр. *(e)lérto-se, tane «это» (гр. tā-de), Kurzanēzōn - род. п. мн. ч. от этнического названия, связанного с городом Гордион.
И другим ученым еще не удалось убедительно и недвусмысленно истолковать фригийские надписи. О. Хаас остерегается односторонне следовать греческим аналогиям, но словоделение и этимологизация, предлагаемые им, тоже довольно произвольны, а доказательств своей интерпретации он в большинстве случаев не приводит. Так, diounsin Хаас без всякого доказательства переводит «живущего» (вин. п.) и возводит к индоевропейскому *gui-iont-si-n, толкуя вместе с тем augoi как «живущие» и возводя это слово к *āiugoi (к др.-инд. a-yu- «жизнь»); argousi рассматривается как заимствованное гр. árchousi «(у) архонтов», а isgeiket как заимствованное гр. eischēke «он получил», причем это никак не обосновывается. Приведенных примеров достаточно, чтобы убедиться в том, что интерпретация фригийского не вышла за пределы первых попыток, поэтому неспециалисты не должны ей особенно доверять.
 

Примечания

1. В настоящее время кажется преждевременным решать вопрос о принадлежности этрусского к индоевропейской семье языков как в положительном, так и в отрицательном смысле. - Прим. ред.

2. Более убедительной является теория, относящая фригийский вместе с армянским и фракийским, к особой фрако-фригийской группе индоевропейских языков, лишь относительно близкой греческому; при этом предполагается большое число словарных заимствований из греческого во фригийский. - Прим. ред.

3. С. Я. Лурье допускает здесь также чтение lavagtaei «Мидасу лавагету». Лавагет - засвидетельствованный микенскими надписями царский или близкий царскому титул. - Прим. ред.


Источник текста - Либерея "Нового Геродота".


Только для вас газовый баллончик купить с большими скидками.